Empfehlungen basierend auf "Priklyucheniya Chipollino"

Роман повествует о первых японцах, побывавших на русской земле (XVIII в.), о зарождении русско-японских отношений. Потерпев кораблекрушение в районе Алеутского архипелага, герой романа Дайкокуя Кодаю и его спутники провели в России несколько лет, переживая все трудности сурового сибирского существования, но и сталкиваясь с неизменным доброжелательством и содействием со стороны русских людей. По-разному сложились судьбы японцев в России. Кодаю одному из немногих удалось вернуться на родину. Наблюдения, записи Кодаю раскрывают любопытную картину России екатерининских времен, увиденную глазами японцев.

Лукавые и остроумные истории о неугомонном пятилетнем мальчике Фридере и его неутомимой бабушке. Сколько всего они переживают вместе! Иногда смеются, иногда ссорятся и частенько испытывают друг друга на прочность, выясняя, например, что будет, если поменяться ролями: бабушке отправиться в детскую строить домики, а Фридеру на кухню - варить рисовую кашу.А мы, разновозрастные читатели, от внуков до бабушек-дедушек, подглядывая за ними в замочную скважину, получаем урок душевной чуткости и умения слушать и слышать друг друга.

«Отцы и дети» (1862) — этапный, знаковый, культовый роман для своего времени. Но по мере смены исторических эпох он никак не теряет своей актуальности. Конечно, бескомпромиссный Евгений Базаров, главный герой романа, стал образцом для подражания современной ему молодежи — его мировоззрение, убеждения, жизненные принципы и даже манера поведения вдохновили многих будущих «нигилистов». Но в России «в силу ее циклического развития каждые пятнадцать-двадцать лет сменяется идеологическая матрица, и каждое следующее поколение оказывается в идеологическом — да и нравственном — перпендикуляре к отцам”» (Дмитрий Быков). Драматизм этого противостояния не снижается, и потому вдумчивый современный читатель прочтет эту великую книгу с не меньшим интересом и пользой, чем его сверстник полтора века тому назад. Даже если ее «проходят» в школе.

The novel "Woe From Wit" by the writer and satirist, Griboyedov, is part of the Bristol Classical Press Russian texts series. The series is designed to meet the needs of the fast-growing A Level and undergraduate market for texts in the Russian language. Each text comes with English notes and vocabulary, and with an introduction by an editor with an expert knowledge both of the work and of its literary and cultural context.

Предлагаем вниманию отечественного читателя монографию замечательного русского писателя и этнографа Xix в. С.В.Максимова. Домовой, банник, леший, водяной – все эти образы русской народной демонологии известны нам с детства из рассказов бабушек. Об этих таинственных существах, о деревенских колдунах и ведьмах, о русских народных обычаях, обрядах, поверьях и приметах, связанных с праздниками христианского календаря – Рождеством, масленицей, Пасхой, Троицей и др. рассказывается в этой мудрой, поучительной и познавательной книге. Книга эта основывается на материалах, записанных исследователями народной культуры и быта в деревнях и селах в конце Xix в., и является ценным научным источником по верованиям русского народа. В то же время простой, образный и точный язык писателя делает эту книгу доступной и интересной широкому кругу читателей.

Die Erzählung vom Großinquisitor ist ein Roman im Roman, der tief und einzigartig die Frage nach dem Sinn des Lebens, nach der Bedeutung des Glaubens und nach der wahren Natur des Menschen stellt. Eine Legende, die in einem Gespräch zwischen den zwei Brüdern Karamasow erzählt wurde, entlarvt den ewigen Widerspruch zwischen dem menschlichen Herzen und der menschlichen Vernunft. Doch dieses Werk entfaltet nicht nur moralische und religiöse, sondern auch politische Themen. Laut dem russischen Philosophen Nikolai Berdjajew ist "Die Legende vom Großinquisitor" das Revolutionärste und Anarchistischste, was je geschrieben wurde.

Product description С мая того года и до начала следующего я жил в горах... Живописное, тихое место, идеальное для творчества. Скромное одноэтажное строение в европейском стиле, достаточно просторное для холостяка, принадлежало известному в Японии художнику. Все было бы мирно и спокойно, если бы не картина Убийство Командора, найденная на чердаке, если бы не звон буддийского колокольчика по ночам, если бы не странный склеп, что возник из-под каменного кургана посреди зарослей, если бы не встреча с эстетом Мэнсики, который за баснословные деньги попросил написать портрет, сначала свой, а потом, возможно, его дочери, если бы не попытки разобраться в самом себе. Выходит, началом всему, что происходит вокруг меня, стало то, что я вынес на свет эту картину? И тем самым разомкнул круг? Эта картина перевернула жизнь главного героя и повлияла на всех, кто ее видел. Она создала в нашем мире еще одну реальность. Как это все возможно?

"Обломов" (1859) — центральная часть трилогии И. А. Гончарова. Писатель был убежден в смысловом единстве трех романов, не связанных сюжетно. "Обыкновенная история" (1846) — о предопределенности жизни среднего порядочного человека: прекраснодушную глупую молодость сменяет трезвая зрелость, а ее — блеклая старость. "Обрыв" (1869) — о том, что людям большой души всегда выпадали тяжкие испытания, но жить все-таки надо. "Обломов" — книга о чистом, добром, предназначенном любви, редкостно умном человеке, который смолоду понял: жить по законам "Обыкновенной истории" и "Обрыва" нельзя. И лег на диван, с которого поднять его не смогли ни любовь, ни дружба, ни ясное сознание собственной неправоты, ни благодарность бесхитростно любящей женщине. Можно согласиться на все — лишь бы сохранить внутренний покой, не замараться, не уподобиться "другим". А о сыне, как и об Обломовке, "другие" позаботятся — лучшие из "других". "Обломов" — книга о странном и страшном родстве просто нищих (лентяев, неумех, прохвостов) и нищих духом. При выпуске классических книг нам, издательству "Время", очень хотелось создать действительно современную серию, показать живую связь неувядающей классики и окружающей действительности. Поэтому мы обратились к известным литераторам, ученым, журналистам и деятелям культуры с просьбой написать к выбранным ими книгам сопроводительные статьи — не сухие пояснительные тексты и не шпаргалки к экзаменам, а своего рода объяснения в любви дорогим их сердцам авторам. У кого-то получилось возвышенно и трогательно, у кого-то посуше и поакадемичней, но это всегда искренне и интересно, а иногда — неожиданно и необычно. В любви к "Обломову" признаётся кандидат филологических наук, ординарный профессор Высшей школы экономики, автор одиннадцати книг и многих статей о русской литературе XIX — начала XXI вв. Андрей Немзер — книгу стоит прочесть уже затем, чтобы сверить своё мнение со статьёй и взглянуть на произведение под другим углом.

«Спрингфилд» ни при каких обстоятельствах не может быть издан в современной России, и не только из-за «неправильной» ориентации главного героя. Я нашёл этот роман по ссылке из фейсбука. Со словами «это посильнее «Эдички» разослал друзьям. Писателям обидны сравнения с другими, поэтому скажу так: это роман поколения. Поколения тридцатилетних, раздавленного российской действительностью, уничтожающего всё живое и непохожее на мейнстрим. Прочитать необходимо. Весь первый военный год я думал о создании свободного издательства. Прочитав «Спрингфилд», понял, что таким романам и таким авторам это издательство нужно. Если не Freedom Letters, то кто? С Сергеем был подписан договор номер 1. Именно с этой книги мы начинаем.

Dolgozhdannoe prodolzhenie mezhdunarodnogo bestsellera i bestsellera New York Times "Zhestokij prints". Odna iz samykh ozhidaemykh knig 2019 goda! Nepovtorimaja istorija o smertnoj devushke, kotoraja blagodarja svoemu uporstvu, khitrosti i kovarstvu, podnjalas na tron mira fejri! Dzhud svjazala Kardana obeschaniem podchinjatsja ej, obeschaniem, kotoroe prodlitsja rovno god i odin den. Teper ona glavnaja figura za tronom, kotoraja dergaet za nitochki i umelo manipuliruet korolem. No Dzhud vvjazalas v opasnuju igru fejri, ne imeja ni druzej, ni sojuznikov. Podstegivaemaja ambitsijami i tselju vyzhit vo chto by to ni stalo, ona pletet intrigi i nanosit molnienosnye udary. Odnako kogda Dzhud vyjasnjaet, chto sredi tekh, komu ona bezogovorochno doverjala, pojavilsja predatel, a ee blizkim grozit opasnost, ej prikhoditsja predprinjat vazhnyj shag i vozmozhno dazhe izmenit vse pravila igry. Tem bolee, chto Kardan okazalsja vovse ne takim slabym i bezvolnym korolem, kak dumali vse obitateli Fejrilenda...